EGO.HOUSE | Сад Идей

Эссе об архитектуре частной жизни: дом, память, тишина.
Рабы Любви
21.01.20 · Метексис

    «Да-да, это лучше, чем секс!» — она посмотрела на меня и роуч*, её лихо закрученных в буклю волос, задорно взметнулся. Наши глаза встретились. Сколько в них было теплоты, знаний, опыта и в то же время озорства. «Она, что, читает мои мысли?!» — подумал я, не в силах произнести ни звука. Одеревеневший от возбуждения, я сидел между двух роскошных дам. В комнате были только мы трое. Ровный белый свет с потолка заполнил всё пространство, на стене застыл черный прямоугольник окна — в городе глубокая ночь.

 

    Я был рабом-негром и безропотно выполнял массу работы, которую мне поручали эти две прекрасные белые леди. Без права голоса. Вернее сказать, правом голоса я мог воспользоваться, только с умом — чтобы не попасть впросак и не выставить себя глупым. Я помалкивал, потому что больше всего на свете хотел им понравиться.

 

    Та, что произнесла фразу, была здесь главной — всё и вся подчинялось ей. Наставник и Великий Магистр, она выглядела на миллион долларов — яркая внешность, уверенные движения и речь, манеры и эрудиция. Она смеялась по-мужски харизматично с открытым звуком «ха». Это было волнующе и притягательно. Леди — совершенство, недосягаемый идеал. Я с маниакальной жадностью впитывал каждое слово историй, которые она рассказывала, следил за каждым изгибом линий, которые она играючи проводила.

 

    Другая леди была моложе. Зелёные кошачьи глаза магнитами сияли на её чуть смуглой коже. Когда она наклонялась надо мной, чтобы проверить, как я справляюсь с работой, я вдыхал пьянящий запах её густых кудрявых волос, плечом ощущал упругость её груди. И, поверьте мне, я ещё как справлялся!)

 

    У обеих было одинаковое имя — Татьяна. Каждое утро, день или ночь, сидя между ними, я мог загадывать тысячу желаний. О, у меня они были! Но я не смел. Я лишь хотел, чтобы моё рабство не кончалось, чтобы у меня была возможность быть рядом с ними, быть соучастником. Но время пролетело, словно миг, и моё служение закончилось. А с приходом в нашу жизнь технологий и компьютерной техники, рабство совсем исчезло. Жаль!

 

А вы когда-нибудь были рабом?

 

Во времена моей учёбы на архитектурном факультете практиковалось «рабство» — студенты младших курсов прикреплялись к дипломнику, чтобы выполнять за него всю рутинную работу. Работы было много, ведь дипломный проект состоял из 10-12 планшетов 1х1 метр и всё вычерчивались вручную. Иногда необходимо было выполнить макет. Этим и занимались «рабы». Прекрасное время! У тебя была возможность поработать в команде не только со старшим товарищем, но и с Наставником. Быть внутри процесса. Видеть рождение идей. Быть соучастником рождения.

 

«Да-да, это лучше, чем секс! — она посмотрела на меня и роуч, её лихо закрученных в буклю волос, задорно взметнулся. — Совместное Творчество лучше, чем секс! Это Любовь!»

 

Я и сегодня раб этой Любви. Со-Творчество вызывает у меня жгучее возбуждение, сродни сексуальному, только гораздо сильнее и глубже. Ты полностью сливаешься с другим человеком (или людьми) в диковинном танце. Становишься частью его Души, а он твоей. Я люблю работать в команде единомышленников и не важно, над чем. Архитектура дома, дизайн интерьера, предметный дизайн или видео-арт. Для меня всё это — Архитектура. Для меня — это Жизнь. Я бесконечно рад, когда на моем пути встречаются увлеченные и яркие люди, с которыми можно погрузиться в это Таинство.

 

    Думаю, сама Великая Архитектура явила мне свой божественный образ тогда. Через этих умных и талантливых женщин — наставника и её дипломника. Далекая, совершенная, недосягаемая и одновременно теплая, близкая, сексуальная… но всегда ускользающая из твоих пылких объятий. Мой друг, дизайнер, очень талантливый и разносторонний человек, сказал мне как-то давно фразу: «Архитектура — очень капризна! Главное не то, что ты любишь Её, главное — чтобы Она полюбила тебя!» Вот я и странствую по Жизни в поисках этой Любви.

•••

Роуч (англ. roach [rōch], [rəʊtʃ]) — мужской головной убор, украшение индейцев Северной Америки, изготовляемый из щетины или волоса различных животных и гораздо реже из перьев.